Женщина, прошедшая через ужасы войны, делится воспоминаниями о том времени, которое она знает в основном по рассказам своей матери. Однако некоторые моменты остались в памяти так ярко, словно произошли совсем недавно. Pro-Volhov.Ru рассказывает о её судьбе, полной страха и борьбы за выживание.

Евдокия Путинцева, мать Людмилы, была уверена, что фашисты начнут бомбить станцию Волховстрой. В поисках безопасности она решила перебраться к родственникам в город Чудово, расположенный на севере Новгородской области. В путь Евдокия взяла с собой сестру-подростка, грудную дочку и двухлетнего сынишку. Глава семьи, Валентин Иванович, работал на железной дороге и остался в Волхове, не зная, что этот переезд станет роковым.

Спустя две недели после их прибытия в Чудово, город был оккупирован немцами. Началась тяжелая жизнь в оккупации, где взрослое население принуждали к работе: кто-то валил лес, кто-то ремонтировал дороги. Так они прожили целый год, полный страха и лишений.

Людмила вспоминает, как однажды фашисты собрали всех на площади. Уклониться от этого нельзя было — иначе расстрел. Согнали людей не только из райцентра, но и из близлежащих деревень. Всех построили в колонну и повели пешком до Любани — путь длиной в 50 километров. Уставшие охранники делали привалы, а на станции Любань их затолкали в крытые вагоны грузового состава.

«Нас всех туда затолкали и повезли. Изредка останавливались, чтобы выгрузить мертвецов или набрать воды», — делится Людмила. В конце концов, они прибыли на станцию Кретинга в Литве, где литовцы, пособники оккупантов, выбирали себе работников, покупая по цене восемь марок за человека. Однако многодетные семьи, как Путинцевы, остались на перроне, проведя целую неделю под открытым небом.

Наконец, немцы отправили людей в трудовой лагерь. Взрослые работали, а дети оставались в бараках, где их кормили крайне скудно. Людмила вспоминает, как её мать делила скромный паёк на четверых: «Разве это еда для растущего организма? А ведь у кого-то было и по пять детей!». В лагере начались болезни и смерти, а Людмила и её сестра Галя прятали от голода хлеб, выдавала только по маленькому кусочку.

В Кретинге Евдокия работала в вагонном депо, где мыла немецкие пассажирские вагоны. Порой она находила объедки, которые собирала и относила детям. Когда фронт двигался на запад, узников перевели в Кёнигсберг. В этом городе маленькая Люда, услышав гул бомбардировщиков, садилась на ступеньки барака и считала падающие бомбы.

Ситуация изменилась, когда в Восточной Пруссии начались жестокие бои, и лагерь освободили. Однако выезд на Родину оказался непростым: боевые действия продолжались, и свободного транспорта не было. Только спустя два месяца семье удалось вернуться в Волховстрой. «Мы прибыли по «Ленинградскому тупику», и вот стоим у грузового вагона, и видим: к нам бежит папа!», — вспоминает Людмила.

С этого момента началась новая жизнь, полная испытаний. После возвращения из плена семье пришлось долго доказывать, что они не были предателями. Маму Людмилы вызывали на допросы, и только после длительных разбирательств ей выдали справку о том, что никаких противоправных действий против Советского Союза она не совершала.

После школы Людмила окончила железнодорожный техникум в Петрозаводске и устроилась на работу на станцию Нырки в Карелии. Позже она встретила своего супруга Валентина, с которым поженилась и стала строить семью. Они какое-то время жили в Казахстане, занимаясь поднятием целины, но вернулись, когда в Волхове открыли ПМК-16, где можно было получить квартиру.

Людмила снова устроилась на «железку», где проработала до пенсии. В их семье выросли две дочери: старшая стала учителем русского языка, а младшая — воспитателем в детском саду. У Людмилы Александровны четверо внуков и семь правнуков, которые регулярно навещают её и помогают по хозяйству.

«Иногда даже чересчур много внимания, каждый день звонят, интересуются здоровьем. А если, не дай Бог, заболею, тотчас прибегают. Я говорю: «Устала уже от вас, дайте спокойно переболеть». Но, конечно, обижаться грех», — смеётся она, вспоминая о заботе своих близких.